Священная Империя

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Священная Империя » Архив незавершенных эпизодов » Приключения и пони — июль 1644


Приключения и пони — июль 1644

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

Время и место: июль 1644 г., Эделейс, замок Ранцау
Участники: Эрика фон Ранцау, Лидия фон Эдель, Доминика ван Фриз, Фенринг Сверре
События: Эрика фон Ранцау празднует именины, приглашен весь высший дальний и ближний свет. Беды, разумеется, ничто не предвещало... Ну разве что пони о чем-то догадывались.

+1

2

- Ауч, ауч, ну больно же!! - мне приходится схватится за волосы, горничная слишком сильно потянула за прядь. Ну что за люди пошли. Стоит только Минерве отойти, чтобы присмотреть, что творится в гостиной, как эти неумехи все портят.
В моей комнате творился настоящий хаос. На всех горизонтальных поверхностях лежали платья, корсеты, чулки, подвязки. То тут то там валялись ленты для волос, на полу были разбросаны башмаки.
От моего окрика служанка сжалась, как будто я ее могла ударить. Чушь, я никогда и пальцем никого не трогала. Могла прикрикнуть, но не более того.
Прошло еще чуть больше часа, и наконец, последний крючок на платье был закреплен, волосы лежали мягкими волнами, поддерживаемые двумя гребнями.
Сегодня ы выбрала синий цвет, он доминировал в наряде, ленте и обуви. В вышивке платья явственно проглядывали перья и ястребиные морды - это птица была изображена на гербе нашего семейства, и как только я научилась правильно выбирать подарки, всегда заказывала что-нибудь, с изображением ястреба.
- Последний штрих, Ваша светлость, - наконец вернулась моя няня, неся в руке шкатулку. Я благоговейно выдохнула - эта вещь принадлежала моей маме.
- Все свободны, - я прижала шкатулку к груди, ожидая пока все удалятся.
Шкатулку я открыла, лишь оставшись одна. Драгоценности, в шкатулке хранились мамины драгоценности. Браслеты, кольца, колье, все вещицы были изготовлены настоящими мастерами.  Немного порывшись, я даже отыскала обручальные кольца родителей. Они каким - то чудом уцелели, только Всеединый знает, почему родители решили не надевать их перед путешествием.
В глазах заволокло, и только через мгновение поняла что это слезы. В такие моменты я чаще всего скучала по ним. Память не сохранила почти никаких воспоминаний, только смех отца, и тепло объятий матери.
Погрустив еще немного, я стряхнула слезы и начала искать дальше.
На самом дне шкатулки блестело колье. Приподняв его, я ахнула. Три больших сапфира были вплетены в сетку из золота, и представляли собой единое целое.
Решение пришло мгновенно.
Спрятав шкатулку в надежном месте, я схватила колье и понеслась в комнату к дяде.
Три коротких стука и я просунула голову в дверь.
- Можно? Мне тут нужна помощь, - я закрываю дверь, и протягиваю ему ожерелье. Сам он вполне готов встречать гостей.
Я поворачиваюсь спиной, и приподнимаю волосы.
- Гости уже прибывают, - когда ожерелье оказывается на моей шее, поворачиваюсь и стряхиваю невидимую пылинку с сюртука дяди.
- Я уже говорила, как сильно люблю тебя? - только в самых исключительных случаях я переходила на "ты".
В это время ко двору все пребывали и пребывали кареты.

+4

3

Из замка фон Эделей Лидия старалась не выезжать без особой надобности, но и сидеть внутри в четырёх стенах представлялось чем-то не слишком умным. В конце концов, как же до королевского двора дойдут слухи, что в Эделейсе есть некая особенная княжна, если Лидия эти слухи не обеспечит? Логично решив, что хотя бы изредка выезжать надо, княжна фон Эдель испросила согласие матери, получила добро, и отправилась по приглашению в Ранцау, на аристократические именины герцогини Эрики - тем более, что из Эделейса выезжать не требовалось, а, значит, её хитроумный ход с затворничеством не будет бесполезной тратой времени.
Некоторое время, проведённое в дороге, совершенно не утомило Лидию. Юная княжна, любившая путешествия разного рода, едва сдерживалась, чтобы не запросить себе поездку в Ранцау верхом, с минимумом сопровождения и безо всякого официоза, но кто бы её послушал? Сундуки с платьями в цеховых масштабах к лошади не пристегнёшь, да и подарки в честь именин герцогини фон Ранцау требовалось тщательно упаковать, и это ещё Лидия не считала количество охранников, входивших в свиту! Словом, привыкшая за энное количество времени к своим четырём стенам княжна фон Эдель столкнулась с агорафобией в чистом виде - ей захотелось уползти назад, в своё уютное гнёздышко, и продолжить погружаться в шахматные партии. Однако, сильные девочки обыкновенно не сдаются, и если требовалось выехать на именины Эрики фон Ранцау - Лидия туда беспрекословно выехала, не озаботившись о подарке с должной степенью душевности. Предполагалось, что герцогине в подарок фон Эдели в лице младшей дочки преподнесут очередную драгоценность.
- Княжна фон Эдель прибыла, - Лидия покинула экипаж со шкатулкой в руках, отдав приказ провести себя прямо к герцогине в парадный зал. Чем быстрее она избавится от тяжёлой деревянной коробки в руках, тем скорее сможет отвести душу во время основных прездничных торжеств и, как бы приземлённо это не звучало, но хоть что-нибудь съесть и чем-нибудь запить свою жажду - и не только приключений и новых впечатлений. О том, что принца не будет, она знала наперёд - очевидность этого пункта зашкаливала до небес, но от императорского двора всё равно будет кто-нибудь? В задумчивости, Лидия проследовала в роскошный зал, засвидетельствовав почтение герцогине фон Ранцау и поспешив обрадовать её браслетом с гранатами, скрытом в той самой шкатулке в княжеских ручках. Пожелания вселенского счастья не заставили себя ждать, равно как и улыбка, румянец и другие девичьи атрибуты небольшой радости и счастья.

+4

4

— А вот я тебя нисколько не люблю, — по привычке целуя Птаху в лоб, произнес Фенринг Сверре Граф Ранцау. — Ладно, это шутка, Птаха, я просто шучу. Однако имей в виду: сегодня в бесконечной любви и не знающем аналогов обожании тебе будет клясться половина Империи. Никому не верь, — руку племянницы, зависшую на уровне его груди, Фенринг перехватил, чтобы крепко-накрепко сжать двумя ладонями. — Одна половина Империи мечтает породниться с нами, другая — похоронить. Не обижайся, Птаха. Не хочу тебя пугать, равно как не желаю, чтобы ты потеряла бдительность. Ничего не поделаешь, опасны все.
На этих словах Фенринг Сверре фон Ранцау руку племянницы все-таки выпустил. Сегодня она выглядела необыкновенно замечательно, искрилась радостью и — чего греха таить — для постороннего взгляда была невероятно хороша собой. Статная, ладная, по-эльфийски изящная, она была почти противоестественно похожа на мать. Ни матери Эрики, ни собственного брата, Таллина, Фенринг не знал. Поддерживать связь с бастардом-арием, по общему признанию — позором семьи — и тот, и другая считали преступлением, вполне однозначной демонстрацией чего служил тот факт, что на свадьбу будущих наследников баснословного даже по имперским меркам состояния наследников герцога Виктора фон Ранцау Фенринга никто не пригласил. И на первый день рождения Эрики пригласить Фенринга нужным также не сочли.
Сверре опустил взгляд.
Все, что осталось Птахе от родителей, — огромный, страх какой аляповатой даже по имперским традициям живописи, абсолютно нереалистичный портрет герцога и герцогини Ранцау в гостиной. До того жуткий, что единственная причина, по которой Фенринг его все еще терпел, заключалась в следующем: портрет нравился Эрике и, несмотря на всю свою чудовищность, все-таки не оживал по ночам и жертвоприношений, по счастью, тоже не просил. Да, этот портрет Фенрингу действительно не нравился. С огромным удовольствием он бы его сжег, но... картина была единственным напоминанием Эрике о родителях, а Эрику Фенринг не просто воспитал, он ее по-настоящему любил.
— Готова? Я готов, — улыбнулся Граф, — идем встречать гостей.
Эрика оказалась готова. Пошли.

Главный зал, место празднества, постепенно наполнялся гостями, хотя правильнее было бы сказать «зрителями». Фенринг улыбался, раскрывал объятия, пожимал руки, вновь улыбался — словом, вел себя как и предписано добропорядочному хозяину — был услужлив, велеречив и галантен сверх всяких мер.
— А, княжна фон Эдель! — слегка поклонился Граф. — Рад вас приветствовать! Очень рад.
Фенринг улыбался. Обстоятельства требовали. Господь в свидетели, никто не знал, каких жертв ему стоило выбраться на именины племянницы, покинув, кажется, бессрочную ссылку на островах Кригарвельт.
Сегодня был праздник Птахи, а значит — весь мир обязан радоваться.
Фенринг Сверре Граф Ранцау улыбался.
Это был не его, это был ее праздник и ее обязательно счастливый день.

+4

5

Почему именно Доминика представляла императорскую семью на именинах наследницы богатейшего рода фон Ранцау, было понятно, казалось бы, всем, кроме ее самой. Отец и Эдмунд были слишком заняты делами государственными, Амадей самопознанием и отвращением к таким скоплениям народа, а Лукреция было сложно попросить приехать из его излюбленного места уединения, где его и воспитывали. Конечно же, сама принцесса предпочла бы остаться наедине с книгой, но не в этот раз. Оставалось утешать себя тем, что это будет как минимум интересно.
Экипаж ван Фриз тянулся бесконечной вереницей, будто бы Доминику отправляли насовсем в Ранцау. Это было и смешно и грустно. От такой помпезности ей хотелось оказаться куда подальше, это все же был не ее праздник. Каждой девушке хочется почувствовать себя принцессой, в прямом и переносном смысле, хотя бы раз в году. Но ее родня постаралась, чтобы никто точно не забыл, ван Фриз не пропустили такое событие.
Мина не любила путешествия, всегда стараясь отказываться от столь лестных предложений. Она привыкла к тому, что на всех этих церемониях за нее отдувались братья, новые лица и интриги было их коньком, особенно Эдмунда и Лукреция. Принцесса же просто не видела в этом смысла. Да, она знала, кому нужно улыбнуться, но она росла дочерью Империи и всегда считала, что именно к знакомству с ней должны все стремиться, что в каком-то роде так и было. Что уж говорить о многочисленных якобы случайных знакомствах с молодыми и не очень людьми разных сортов в замке и окрестностях, если проходил слух о поездке принцессы.
Оперевшись на галантно подставленную руку Гисберта, ее главного охранника, который продержался дольше всех и меньше всех раздражал девушку, принцесса явила свой венценосный лик слуге, тут же объявившему сию радостную весть. Она немного опоздала, но как говорится, принцесса не опаздывает, это остальные начали свой прием чуточку раньше. Подарки от императорской семьи сгружали и куда-то несли, за этим наблюдать было выше ее интереса. На тонких руках в эльфийских перчатках покоилась шкатулка с подарком. Наверняка драгоценности, но уточнять она не стала. Ей это было неинтересно. Весь этот прием в честь именин она считала всего лишь данью уважения, который стоило стойко перетерпеть.
Тем временем, увлеченная своими мыслями, она достигла залы, где и происходило основное действие торжества. Где вовсю потчевали Эрику фон Ранцау, прекрасную в своем синем платье, такую тонкую и легкую, которыми могут быть только эльфы. На мгновение Доминике показалось, что она почти завидует. Или ревнует общему вниманию. Но, чтож, это был не ее праздник. Пусть кто-то другой сверкнет сапфиром в чужих глазах.
Гофмейстер громогласно объявил о прибытии Доминики, заставив ее мимолетно искривить губы. Оправив подол итак идеально лежащего платья цвета розового жемчуга, принцесса целенаправленно направилась к именнице и ее дяде, и кто из них был более галантен - вопрос вряд ли интересующий Мину. Пусть они и были увлечены разговором с какой-то знатной девушкой.
- Ах, как приятно присутствовать на этом празднике! Мои поздравления, - улыбнулась Доминика, на мгновение сжав маленькую ручку Эрики в эдаком доверительном жесте. Весь вид принцессы излучал дружелюбие и полное отсутствие недавнего неудовольствия всем происходящим. Складывалось впечатление, что она действительно чрезвычайно счастлива здесь находиться. - Приношу извинения у Ее Светлости за опоздание, но, кажется, мои провожатые слегка потерялись в трех соснах, - весело улыбнулась принцесса, несмотря на обращение, не забыв улыбнуться и графу в том числе.

Отредактировано Dominica van Vries (2015-10-02 01:01:47)

+3

6

Я внимательно слушаю наставления дяди. Он, как никогда серьезен, поэтому моя веселость мигом улетучиваетмя. Его слова как гвозди вонзаются в мою голову, и остаются там еще надолго.
Его слова еще одно доказательство того, что никто не обязан любить меня только потому что я есть. Да, я богатая невестой, с таким состоянием, что многим не снилось. Многие семьи хотят породниться с нашей, многие хотят получить состояние фон Ранцау. И все они получют отказ. Для меня никогда не оставалось секретом, что ко мне сватаются. И сватаются часто. А Граф фон Ранцау все время отказывает новоявленным женихам. Аристократы злились, пытались купить его, угрожать ему. Но очень быстро понимали, на кого наткнулись. Они уходили ни с чем, им оставалось только давиться от жадности.
И сейчас все это сборище будет веселиться в моем доме. Кушать яства из моих подвалов, пить вина из моих бочек, греться у моего камина. Все они будут расточать улыбки и пожелание, а на уме у них будет совсем другое. Лицемеры одним словом.
Только дядя, он единственный любит меня просто потому что я есть в его жизни. С самого детства этот человек заменил мне маму и папу, и он - единственным, кому я доверяю все свои секреты и помыслы.
- Сегодня я буду мила и обходительна, буду расточать улыбки и принимать поздравления. Но мое сердце будет закрыто для всех, - улыбаюсь я, когда он целует меня в лоб. В ответ приподнимаюсь на цыпочки, и целую его в щеку.
Нашу беседу прерывает слуга, он тихо стучит в дверь.
- Ваша Светлость, гости прибывают.
- Пора, - я беру родственника под руку и спускаюсь вниз.
Мы встречаем гостей у входа. Один за другим прибывают повозки из кареты.
А вот и они, незадачливые женихи. Прибывыют вместе с родителями. Каждый из них целует мне ручку, искоса поглядывая на крупные сапфиры на моей шее. Я могу поклясться, что вижу в их глазах проблеск жадности. Хочется размахнуться и как следует дать таким вот женихам по лицу. Но, нельзя, я же герцогиня. Я именинница. Поэтому должна расточать улыбки и притворяться, что слишком наивна. чтобы распознать такие вещи.
Наконец, среди прибывающих я вижу знакомое лицо. Княжна фон Эдель, собственной персоной.
- Добро пожаловать, княжна фон Эдель, - я склоняюсь в реверансе, и только потом принимаю подарок из рук девушки, - Благодарю за столь щедрый подарок. Рады видеть вас , - как только княжна отходит, я передаю шкатулку слуге, приказав сразу же унести ее наверх.
Когда рядом с нами становиться тихо, я бросаю взгляд на дядю. И не могу сдержаться от смеха.
- Потерпите немного, это всего лишь один вечер, - на секунду я сжимаю его пальцы, но тут меня отвлекают. Прибыла сама принцесса ван Фриз.
- Ну что вы, Ваше Высочество, вы прибыли как раз во время, - я снова склоняюсь в реверансе, принцесса так и лучится дружелюбием. Но я все еще помню слова дяди, он как-будто снова шепчет мне их на ухо.
Рукопожатие у принцессы твердое, что немало говорит о ее характере.
Проводив императорскую дочь в зал, мы с дядей заходим в зал. Я снова держу его под руку, другой рукой поддерживая подол платья.
Праздник начался.

Отредактировано Erika von Ranzau (2015-10-05 23:00:28)

+4

7

- И Вам моё почтение, граф фон Ранцау, - Лидия, как только к честной компании присоединилась принцесса Доминика, улыбнулась мужчине, сопровождавшего тоненькую и прекрасную эльфийку Эрику. - Взаимно рада, Ваша Светлость. Уделите мне минутку, чтобы поведать мне новости, будьте так любезны, окажите небольшую услугу.
Княжна фон Эдель отметила, что с содержимым шкатулки именинница не ознакомилась, однако, большого внимания этому факту она придавать не стала, решив, что в настоящий момент знаки почтения в виде оханий и аханий от красоты подаренных украшений действительно лишние. В зале начинался праздник, и княжна, проследовав следом за принцессой ван Фриз и за хозяевами торжества, поторопилась занять место где-нибудь в зоне слышимости от дяди именинницы, который, видит Всеединый, для вот уже полтора года как живущей в уединении Лидии представлял собой наиценнейший источник информации из внешнего мира. Что творится в столице? Чем живут дальние страны? Не проворонила ли семья фон Эдель свадьбу старшего сына Империи, не пора ли Лидии удаляться в монастырь? Словом, так или иначе, княжна активно ворочала своими женскими мозгами в поисках наилучшего для себя способа просвещения. А вот принцессе Доминике Лидия уделила строго протокольное внимание.
- Моя принцесса, - скромный реверанс, прямая спина, слегка склонённая набок белокурая головка, рукопожатие тонких пальчиков принцессы, на удивление сильных и крепких. - Надеюсь, Ваше путешествие не доставило Вам хлопот. Желаю вам отличного дня.
На этом общение было окончено, и, с улыбкой и неизменным почтением без капли заискивания, Лидия скромно удалилась от Доминики, всё так же пытаясь улучить момент, чтобы как можно дипломатичнее наброситься на графа фон Ранцау с вопросами и хоть чем-то порадовать себя и свои приступы агорафобии, участившиеся с выходом на свежий воздух. Публика радовала оживлением, по залу сновали слуги и предлагали кубки с вином и медовухой, музыка также звучала и ублажала слух новомодными мелодиями, и Лидия осознала, что полтора года взаперти - это хорошо, но недостаточно. Всё-таки за качественные и годные слухи слугам надо было платить, и решив занять себя этими мыслями, княжна, пользуясь случаем, из-под ресниц украдкой разглядывала свиту Доминики, решая, кто из дворцовых обитателей будет готов немного поболтать и растрепать секрет эделейской княжны нужным людям. За размышлениями княжна не заметила, как прекратила улыбаться, оказавшись немного в стороне от основных торжеств и церемоний.

+3

8

— Ваше Величество, — глубоким поклоном приветствовав Ее Высочество, Фенринг Сверре фон Ранцау позволил племяннице увести себя в зал.
Ярмарка тщеславия. Самая настоящая ярмарка тщеславия. Гостевой зал поместья Ранцау наполняла музыка, суетились в поздравлениях и поклонах многочисленные гости.
Как быстро бежит время, отметил про себя Граф. Еще каких-то десять лет назад, этот праздник был их личным с Эрикой. Еще каких-то десять лет назад, совершенно наплевав на правила этикета, этот день они могли проводить с Эрикой за столь любимыми ею конными прогулками, в абсолютном, но ничуть не тягостном одиночестве.
Солнце светило сквозь кроны деревьев, ветер путался в волосах, пахло полевыми цветами, фыркали разгоряченные бегом лошади. Вперед, вперед, только вперед! Наперегонки! Птаха всегда обожала скачки. Через час, два или три, устав от галопа, можно было отыскать поляну в лесу, усесться прямо там на траве, выпить воды с медом, перекусить и напомнить этому лесу, что они двое в общем-то даже не люди. А раз так, нет в мире силы, которая запретила бы Эрике взять в руки лук.
Стреляла Птаха метко, точно, с первого раза попадая в цель. По-эльфийски.
Чудесные были времена, просто волшебные.
И они прошли. Сегодня Эрика, герцогиня фон Ранцау — одна из самых завидных невест в стране.
«И вы ее оцениваете, — провожая взглядом гостей, констатировал Фенринг. — И отчаянно боитесь переплатить».
— Радость моя, — улыбался Фенринг племяннице, — порадуй пока вниманием наших гостей, а я схожу за подарком. Обещаю, скоро вернусь.
Впрочем, оставить Птаху наедине с многочисленными «подругами» Фенринга вынудило отнюдь не стремление обрадовать племянницу подарком, но смутно знакомое, глубоко неприятное лицо в толпе.

+2

9

Да, случалось и такое, что принцесса не была центром внимания на каком-то из праздников жизни. Не сказать, что это ее печалило, ведь даже сейчас, всего лишь поприветствовав именинницу, она сорвала джекпот из заинтересованных взглядов. Как будто она была диковинной птицей, которая в свет не выбиралась, право слово. Вот кто был диковинкой - так это княжна фон Эдель, о которой в пору и сказки писать. Принцесса в башне томилась, пока ее не спас рыцарь. Или как там это сейчас происходит? С интересом взгляд ее скользнул по княжне, слухами земля полнится, и персона Лидии была для Доминики в некотором роде значимее Эрики, как бы кощунственно это не прозвучало. Девичье любопытство не спрячешь. И пусть сама принцесса не поддавалась слухам, все же интерес разжечь они сумели как минимум.
Праздник был в разгаре, Доминика даже позволила себе обратить внимание на одного из герцогских сынов, которые увивались за самой желанной невестой Империи, и станцевать пару танцев. Но потом ей это надоело, вяло отмахнувшись от надоедливых, но ни капли не волнующих ее внимание, поклонников, девушка отошла в сторонку, изредка поднимая взгляд поверх бокалас вензелем фабрики фон Ранцау.
Становилось до безумия скучно, принцесса раздумывала о том, чтобы развлечь себя беседой, что делала не очень часто. Обычно все стремились с ней поговорить, а не наоборот. Например, Эрика, звезда вечера, которая все же была необыкновенно хороша сегодня, могла стать неплохой возможностью скрасить эти тягостные минуты наскучившего вечера.
- Позвольте отвлечь Вас, - цели принцесса достигла достаточно быстро, поровнявшись с герцогиней и улыбнувшись ей. - Ваш вечер восхитителен, как и хозяйка оного, - пара комплиментов, Доминика была уверена, что подобное Эрика за сегодня слышала не раз, но выдумывать что-то новое и призванное поразить воображение откровенно не было настроения.

+1

10

Гостиная замка была забита до отказа. Гости разбрелись по группкам, и коротали время за беседой, в ожидании ужина. Именинница переходила от одной группы к другой, следя, чтобы никто из гостей не заскучал. На помосте, установленном у одной из стен, играли музыканты, начались танцы. Эрика успела станцевать несколько танцев с  самыми желанными женихами Империи. Но раз за разом ее благополучно возвращали опекуну. О да, Графа боялись, а сама эльфийка с удовольствием наблюдала за этой картиной.
В какой то момент ей удалось освободиться от назойливых ухажеров и она осталась наедине, - дядя ушел за подарком. Со своего возвышения она наблюдала за гостями.
Стены этого замка помнят ее еще совсем малышкой. Раньше никто не требовал от их семьи таких показных вечеров, самым желанным гостем на ее дне рождении был дядя. И Эрика променял бы все свое состояние, чтобы снова вернуться в то время. Быть беззаботной малышкой, единственным счастьем которой была прогулка с дядей. А самым желанным подарком – белый жеребенок.
Эрика до сих пор отчетливо помнила, как дядя первый раз прокатил ее. Крепко прижимая к себе, сидячую впереди, девчушку, дядя прокатил ее на своем коне. Он учил ее правильно сидеть, правильно держать поводья. Он учил ее слушать животных, относиться к ним как к друзьям.
Она до сих пор отчетливо помнит, как он вложил ей в руки лук. Помогая ей, направляя ее, он натянул тетиву и пустил стрелу точно в цель. Маленькая Эрика была в восторге и просила еще и еще. Такие прогулки стали традицией. Каждый год, он откладывал все свои дела, лишь провести день рождение племянницы вместе.
Она до сих пор отчетливо помнит запах травы на их поляне, и мягкость сюртука Графа, на котором она неоднократно засыпала.
Девочка выросла, и теперь лишь могла с легкой грустью вспоминать о самых счастливых днях своей жизни.
Кстати о нем. Эрика видела, что он затерялся в толпе, но так инее могла отыскать его макушку. Эльфийка старалась не показывать того, что начинает нервничать, а лишь снова влилась в толпу гостей.
Именно тогда ее локтя коснулись девичьи пальчики.
- Ваше Высочество, - Эрика склонилась в реверансе перед принцессой. Доминика была чудо как хороша и мила в своем платье, прямо как ангел, спустившийся с небес, - Благодарю, Ваше Высочество. Надеюсь, Вы не заскучали. Скоро должны прибыть бродячие артисты, Его Светлость обещал интересное представление. А пока…
Девушка позволила себе прикоснуться к локтю монаршей особы и увлечь ее прочь от надвигающейся толпы ухажеров.
- Это к вам или ко мне? – эльфийка совершенно по девичьи прыснула со смеху.

+1

11

За время ссылки Фенринга поместье Ранцау изменилось мало: те же лица, та же роскошь убранства; тот же задорный, лукавый, исподтишка высматривающий его самый дорогой в мире взгляд, и все-таки перемены были, весьма чувствительные — по случаю бессрочной миссии на островах Кригарвельт быть абсолютно уверенным в образцовом исполнении должностных обязанностей личной гвардией Эрики Фенринг Сверре фон Ранцау, увы, не мог.
— Позвольте приветствовать вас в моем доме, — склонив голову набок приветствовал крайне подозрительного незнакомца Граф.
Незнакомец оказался высок, статен, темноволос, с виду — лет сорок или сорок пять.
— Долгая разлука с любимым Ранцау сыграла со мной злую шутку, Ваша...
— Светлость, — тотчас же ответил незнакомец с подозрительным лицом, еще более подозрительно не сводя с Фенринга водянисто-серых, глубоко посаженых глаз. — Роберт фон Морр.
— Что ж, приветствую вас в Ранцау, ваша светлость Роберт фон Морр.
В перечне богатейших родов Эделейса герцоги фон Морры занимали почетную пятую позицию. Некогда величественный род последние лет двадцать, вспомнил Граф, нищал стремительно и еще более стремительно угасал. Его Светлость герцог Роберт фон Морр, вспоминал Граф, не смотря на почтенный по людским меркам возраст, никогда не был женат.
— Ее Светлость Эрика... — начал герцог.
— Юна и прелестна, — докончил Граф.
—... необычайно похожа на мать.
Роберт фон Морр был прав. Эрика действительно феноменально походила на мать — такая же грациозная, легкая, обворожительная — Фенринг до сих пор не мог привыкнуть к мысли, что его драгоценная племянница являла собой почти точную копию женщины, которую он по сути никогда не знал.
— Туилинде, — кивнул Сверре.
— А Вы...
— А я единоутробный брат ее, Эрики, отца, Таллина.
— Прошу прощения, граф, не вижу семейного сходства, — неуместно хмыкнул Роберт фон Морр. — Вы...
— Шире в кости, — улыбнулся Фенринг. — Я ведь на половину человек, бастард. Позвольте полюбопытствовать, что это у вас?
На боку герцога фон Морра в роскошных ножнах, инкрустированных изумрудами, висел короткий и наверняка баснословно дорогой меч.
— Это подарок, — уже без всякой улыбки произнес герцог фон Морр. — Видите ли, я был знаком с матерью Эрики.
— И, надо полагать, — подхватил Сверре, — с ее отцом.
— Все так, — легко согласился Роберт фон Морр.
«Ты был влюблен в Туилинде, скотина. Ну конечно был. И что теперь? Не сумел влюбить в себя Туилинде, решил влюбить в себя ее дочь?».
— Род фон Ранцау всегда славился обширными знакомствами. Великолепный дар! Это ведь эймарская работа? — нисколько не сомневаясь в правильности догадки, улыбался Граф. — Эрика будет счастлива.
Договорив, Фенринг протянул руку.
— Я бы желал презентовать его сам.
Сверре нахмурился.
— Вы же не думаете, будто я осмелюсь подпустить к моей племяннице человека с мечом? Сказать начистоту, не понимаю, как вам удалось пронести «подарок» мимо стражников.
— О, ничего удивительного, граф! Это же дар... От всей души. А мой род, милсударь Сверре... позвольте называть вас так... поколениями превосходит ваш.
— Безусловно, — кивнул Фенринг. — История вашего рода так богата, что уходит корнями в прах. Позволите взглянуть на клинок?
— Почту за честь, — оскалился герцог Роберт фон Морр, извлекая из ножен изготовленный явно под женскую руку меч.
— Безупречная работа! — воскликнул Фенринг и сжал ладонью лезвие. — Вот только Эрике «презентовать» его буду я.
Лицо герцога фон Морра побледнело.
— Нет.
— Поверьте мне.
Первые капли крови упали на пол. Неподалеку вскрикнула женщина. Воздух в зале густел.
Впрочем, арием Фенринг Сверре фон Ранцау на празднестве был не единственным. Легкий холодок должна была почувствовать и Эрика, и находившиеся рядом с ней гости. Холод источал моложавый, в дорогом костюме, немного пьяный рыжеволосый маг.
— Ваш дядюшка, Ваша Светлость Эрика фон Ранцау, — ехидно произнес он. — Слишком любит власть. Избегайте его, мой совет. Иначе эта губительная тяга передастся и вам.

+4

12

Лидия фон Эдель тем временем, что называется, времени не теряла; конечно, "выездные" слуги, сопровождавшие княжну в дороге, представляли собой выводок приличных людей с миловидными лицами, и ни привычной взору немой Милашки, ни травницы Талии в этой псевдосвите не было. Оно и к лучшему - слухи о княжне из Эделейса должны были ползти быстро и качественно, и, главное, касаться её самой, а не какой-то обслуги, подающей ей кубки с утренними травами в кипятке и поправляющие подушки под её спиной. Одна из женщин в свите Доминики, кажется, выглядела любопытнее остальных - при сём, она была молода, её взгляд был охоч до свежих сплетен, и, кажется, она знала Лидию.
От плотоядной улыбки княжна фон Эдель, конечно, воздержалась, однако, улучила минутку, чтобы уделить внимание этой представительнице свиты августейшей особы. Разговор, конечно, по мнению Лидии, не клеился совершенно, однако девица была плохо подкована в банальном манипулировании, а засим искренне радовалась, что княжна сама завела с ней беседу, да ещё и таким заговорщицким тоном... Всё бы было неплохо, если бы не было прервано сначала женским криком, а затем и густым, как сметана, воздухом - верным признаком того, что астрологи провозгласили удвоение численности ариев на один квадратный метр. Глуповатая девица, которую Лидия кормила отборными слухами, была забыта - с хозяином праздничного банкета спорить было опасно, а поскольку прямых указаний от него стража не получала, то кое-какие телохранители были единственными, кто так или иначе обеспокоился происходящим и прижался поближе к нанимателям. Пьяненький рыжий маг что-то сказал про власть, и Лидия с ним даже отчасти была согласна - граф фон Ранцау счёл, например, возможным полностью проигнорировать её и её приветствие. И просьбу. Для узницы собственных стремлений это было ударом, и только на занятость и привычку не обращать внимания на ненужные государству дела Лидия могла списать такую грубость со стороны графа. Впрочем, это было уже неважно - собственным телохранителем княжна пока не обзавелась, и поэтому быстро оглядела зал в поисках защитника. Девица-фрейлина Доминики показалась не только ценным источником информации, но и достаточным поводом пробиться к принцессе поближе. Впрочем, Лидия пока не стремилась заручиться статусом лучшей подружки Её Высочества.
- Ваше Высочество, - Лидия быстренько скользнула к Доминике и к Эрике фон Ранцау. - Ваша Светлость. Прошу простить мне мою дерзость. Я возвращаю Вам Вашу спутницу, с которой имела честь вести беседу, и... Что происходит?
Лидия хрипловато задала вопрос скорее автоматически, чем действительно желая знать ответ. В зале начиналась какая-то непонятная суматоха, и княжна поторопилась встать под защиту двух императорских гвардейцев рядом с Доминикой. Во взгляде Лидии не было страха, скорее, недопонимание происходящего; почти два года взаперти сделали её чуточку хладнокровнее обычного. Или медлительнее.

Отредактировано Lidia von Edel (2015-12-23 13:02:40)

+2


Вы здесь » Священная Империя » Архив незавершенных эпизодов » Приключения и пони — июль 1644


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно